9.01.2016 Вэбдаршан с учениками — тема НАСТАВНИЧЕСТВО


БВГМ: Дорогие вайшнавы, ученики, я очень рад обратиться к вам сегодня. В этом году мы попробовали новый формат общения. Теперь наше общение в интернет-пространстве будет структурированно по темам. Сегодня очень важная для меня и, я уверен, для всех вас тема – это тема наставничества.

Итак, я начинаю. Пришло много очень интересных и важных вопросов. Мы пойдём по этим вопросам.

ВОПРОС: Дорогой Гуру Махарадж, вы говорили, что наставничество – это отношения в горизонтальной плоскости, дружеская помощь. Объясните, пожалуйста, что общего, и какие различия в отношениях обычных друзей и в отношениях наставника и подопечного?

БВГМ: Помимо этого вопроса, будет много похожих вопросов. Поэтому я сразу отвечу на все эти вопросы относительно природы отношений наставника и подопечного. Прежде всего, мне хотелось сказать, что наставник всегда должен понимать, что он действует не от самого себя. Наставник всегда является представителем гуру человека. Природа наставничества в том, что мы помогаем человеку, своему подопечному, лучше понять наставления своего духовного учителя, наставления Шрилы Прабхупады, и, главное, применить эти наставления в конкретных обстоятельствах своей жизни. У нас есть очень много наставлений. Мы много всего знаем, много всего слушали, но очень часто, когда дело доходит до дела, до практики, мы не знаем каким образом применить это. Задача наставника заключается, прежде всего, в том, чтобы помочь человеку лучше понять, что ему нужно делать в конкретной ситуации, дать совет, объяснить ему, в каких случаях ему нужно обращаться к духовному учителю, в каких случаях нужно получить помощь ещё от кого-то, в каких случаях покопаться в своём сердце.

Что касается конкретно этого вопроса, который касается того, что отношения с наставником протекают в горизонтальной плоскости. Речь идёт именно о том, что совет наставника не обязателен для выполнения. Когда речь идёт о вертикали, то мы должны понимать, что слова, исходящие сверху, обязательны для исполнения. Если человек по той или иной причине не исполняет их, это, конечно же, усложняет его внутреннюю ситуацию. Наставник – не тот человек, который может давать приказы, не тот человек, который говорит: «Делай так и только так, если ты будешь делать так, то ты вернёшься обратно к Богу, если ты не будешь делать так, то попадёшь в ад» и так далее. Это всё запрещено для наставника. Наставник может только советовать. Объясняется, что друг учит, но учит особым образом. Иногда он учит не напрямую.

У наставника, безусловно есть эта прерогатива или привилегия, давать прямые наставления, но тем не менее, иногда он может рассказать какой-то аллегорический пример или ещё что-то такое. Иначе говоря, это наставления, но это наставления, в которых нет обязательности. В этом смысле, это наставления друга. На самом деле, все могут давать нам наставления, даже те, кто ниже нас, но природа и форма этих наставлений будет разная.

В чём разница отношений обычных друзей и отношений наставника и подопечного. Отношения обычных друзей не обязательно имеют строго духовную природу. Не обязательно они имеют эту направленность на то, чтобы помочь другому человеку продвинуться в сознании Кришны. Есть какие-то другие сферы, в которых строятся наши отношения, даже если это отношения в сознании Кришны. Но отношения наставника и подопечного предназначены, прежде всего, для того, чтобы передать какой-то свой опыт, помочь, и в процессе передачи этого опыта углубиться самому в понимание священных писаний и в понимание практики вайшнавизма.

Следующий вопрос очень важный.

ВОПРОС: Как будет синхронизирована система наставничества среди учеников с системой наставничестве в Москве и в России в целом? В каком формате планируется внедрение системы наставничества, как в храме в Чоупати или каким-то другим образом? Какова роль бхакти-врикши в этой системе? Если будет действовать много систем наставничества, как выбрать лучшую? Где вы рекомендуете искать наставника? Будут ли общие ретриты для наставников разных систем: бхакти-врикши, нама-хатты, наставнические группы?

БВГМ: Последний вопрос из этой серии вопросов самый простой. Конечно, же общие ретриты для наставников из всевозможных систем будут. Что касается синхронизации системы наставничества, то как таковой системы сейчас в России не существует. Нет какой-то единой общепризнанной системы с чёткими критериями, с чёткой аттестацией: вот этот человек – наставник, наставник такого-то уровня и так далее. Поэтому мы будем развивать в целом систему наставничества, прежде всего, в России и одновременно с этим систему наставничества среди учеников. По одной простой причине, потому что очень сложно ждать, когда заработает вся система целиком в России. Мне хотелось действовать больше в сфере своего влияния и пытаться там, где, по той или иной причине, система наставничества не работает, всё равно запускать её как минимум среди учеников. Конечно же, это не должна быть отдельная система. Она должна быть очень чётко вписана в общую систему, особенно там, где она есть. Например, на Украине действует замечательная система наставничества, и ничего нового изобретать не нужно. В идеале, смысл этого в том, чтобы, в конце концов, запустить этот процесс и эту систему во всей России.

В каком формате планируется внедрение системы наставничества? Во-первых, само слово «внедрение» не очень хорошее. Внедрение означает некую силу извне. По-хорошему нужно попытаться проявить её изнутри. Я сейчас объясню, что имеется в виду. В сущности, у каждого человека есть склонность учить, давать наставления. Нам всем хочется это делать. Иногда мы реализуем эту склонность не совсем правильно, на людях, которые не признают нас в таком качестве. Суть заключается в том, что нужно правильно занять эту нашу склонность. У каких-то людей она проявлена больше. Кто-то естественным образом является учителем для других. Он всегда будет других учить, и другие будут с удовольствием принимать от него наставления. Другие люди в меньшей степени имеют эту склонность. Им достаточно удовлетворять эту склонность на одном-двух людях, которые признают их. Но склонность эта есть у всех. Поэтому речь идёт о том, чтобы просто эту склонность занять в служении Кришне, и помочь людям как-то реализовать себя. Если эти отношения построены правильно, то они могут приносить огромное удовлетворение, как и другие отношения.

Конечно же, модель или система общины в Чоупати очень греет, но с другой стороны, на мой взгляд, сама по себе модель не так важна. Система бхакти-врикш тоже вполне может реализовывать этот идеал, или эту природу наставничества. Главное – понять специфику этих отношений, бхаву, которая возникает при том, что два человека вступают в эти отношения. Один заботится о другом, другой принимает эту заботу.

Если будет действовать много систем наставничества, то как выбрать лучшую? На мой взгляд, речь идёт не о системе. Система может всё испортить, если мы в основном будем уделять внимание системе. Речь идёт о правильной сути, о наполнении системы, а форма, которую эта суть может принять, может быть, в принципе, разной. Мне самому очень нравится система Чоупати, но я не думаю, что нужно зацикливаться на определённой системе. Если вы хотите выбирать что-то, то выбирайте себе наставника, то есть человека, который максимально соответствует вашему идеалу, или представлениям о том, каков наставник, а не систему.

Следующий вопрос тоже состоит из множества очень хороших вопросов. Спасибо большое.

ВОПРОС: Я очень хорошо понимаю, что эта тема важна для вас. Хочется быть очень полезным в этом служении. Я ещё никак не участвую, поэтому есть ряд вопросов. Как понять, что я могу быть наставником? Какая квалификация нужна, и что нужно, чтобы её получить?

БВГМ: Я уже сказал, что первая квалификация – это, безусловно, желание. И желание, в общем-то, есть у всех. Хотя, разумеется, есть некоторые люди, которые в силу своей интравертности, будут избегать этого. Но даже эти люди кому-то дают наставления и могут играть эту роль. То есть эта квалификация, в большей или меньшей, степени общая. Люди любят передавать свой опыт, делиться, учить кого-то, давать советы. Вторая квалификация очень важная – у нас должно быть время для этого. Если мы слишком заняты, то лучше не делать этого, потому что наставничество требует времени и конкретной отдачи, вложения своего сердца в эти отношения. Это важная квалификация. Особенно, если речь идёт о большом количестве людей, нужно оценить свои возможности. Одного-двух человек всегда можно вести. И, наконец, третье – у меня должен быть какой-то свой духовный опыт. В сущности, если мы говорим о наставнике, мы говорим, в том числе, о духовном учителе. И у духовного учителя две квалификации – это знание шастр и духовный опыт. Точно так же у наставника должно быть знание шастр, или понимание теории, и свой духовный опыт, которым он может поделиться. Дополнительно к этому у него должно быть время и желание. Вот, собственно, и вся квалификация.

Что касается получения какой-то дополнительной квалификации. Естественно, есть много каких-то специальных дисциплин, которые наставники должны знать: как общаться с людьми, как задавать вопросы, навыки коучинга и так далее. Сейчас мы запускаем курс для наставников. Курс уже разработан и сегодня этот курс начался в Анапе. Туда, насколько я знаю, съехалось человек пятнадцать. Мы составили какой-то общий курс. Мы попытаемся его отработать и сделать этот курс доступным всем, чтобы люди могли проходить этот курс и получать определённые навыки наставничества. Плюс к этому, нужен свой собственный духовный опыт, то есть нужно хорошо работать над повторением джапы, и нужно знание шастр, нужно изучать шастры и, прежде всего, слушать лекции, то, как объясняют шастры знающие их люди.

ВОПРОС: Чтобы стать наставником, нужно просто захотеть, или старшие сами скажут, что ты теперь можешь быть наставником?

БВГМ: Естественно, не просто захотеть. Любая разумная система подразумевает квалифицирование, то есть кто-то должен дать нам квалификацию. Вернее, признать нашу квалификацию. К сожалению, сейчас эта тема полностью пущена на самотёк. Любой, у кого появляется желание, считает себя квалифицированным по определению. Он начинает что-то делать, при этом иногда ломает дрова и совершает неизбежные в таком случае ошибки. Поэтому хорошо, если нам скажут, но желание, как я уже сказал, это первое, необходимое, хотя и недостаточное условие. Можно поделиться своим желанием со старшими и узнать, насколько старшие одобряют это наше желание, и насколько, по их мнению, мы готовы это делать. Не нужно предъявлять к себе слишком высокие требования. Мы можем быть наставниками, если у нас есть опыт, если мы знаем шастры, если у нас есть время, если у нас есть желание.

ВОПРОС: Какая процедура для этого?

БВГМ: Процедуры пока нет, но я уверен, что процедура будет. То есть будет какой-то курс. Это совершенно стандартная квалификационная система, которая действует везде и повсюду. Человек проходит курс, сдаёт определённые экзамены, какое-то время находится под руководством старшего человека. Тот присматривает за ним, поправляет, и, в конце концов, он становится самостоятельным наставником. В храме на Чоупати даже нет курса. Они сразу начинают с того, что помогают какому-то уже существующему наставнику, наблюдают за процессом. В принципе, минуя формальный курс, это тоже возможный вариант. Хотя формальный курс всё равно нужен, но, в конечном счёте, всё самое главное мы получаем в личном общении с человеком, у которого есть опыт. Поэтому, в идеале, квалификационная система состоит из этих элементов. Курс, экзамен и самое главное – непосредственная практика под руководством какого-то человека, у которого уже есть опыт.

ВОПРОС: После того, как стать наставником, где брать тех, кого наставлять?

БВГМ: Об этом не нужно беспокоиться. Потому что естественным образом люди будут притягиваться. Если система возникнет, они будут находиться в системе. Либо мы просто кому-то проповедуем и естественным образом становимся их наставниками. Только сегодня у меня был разговор с Параманандой Пури из Москвы. Он предлагает очень интересную систему или, по крайней мере, элемент системы, что будущие наставники, которые квалифицированы, могут начать проповедовать новым людям, приходящим на воскресную программу, то есть людям, уже заинтересовавшимся сознанием Кришны. Начинать в виде какого-то систематического курса, и отношения возникнут естественным образом. На Украине действует другая, тоже, на мой взгляд, интересная, важная и хорошая система. Там все наставники также являются преподавателями ведической академии для, скажем так, внешних людей, немного заинтересовавшихся. Они преподают какие-то темы, которые интересны этим людям, одновременно с этим возникают отношения, и, естественным образом, человек приходит в эту наставническую группу.

ВОПРОС: Какая процедура наставления?

БВГМ: Вот это очень важный вопрос. В идеале, если мы посмотрим на классическую систему, то ученик приходил к учителю, и учитель начинал его учить. Они вместе изучали какие-то священные писания. В принципе, придумывать слишком много тут не нужно. Можно просто взять и проходить «Бхагавад-гиту», и одновременно, проходя «Бхагавад-гиту» в особом формате со своим подопечным, в формате приложения к конкретной жизни, раскрывать эту книгу в её практической плоскости. Это одна форма. Есть курсы, например, те же самые курсы «Бхакти-правеша», или «Бхакти-ашрая», которые основаны на шастрах, и приводят в какую-то систему положение шастр. Можно проходить их. В конечном счёте, сейчас очень важно вернуть единство разорванной системе образования наставничества. На самом деле, система образования без наставничества мертва, потому что это знание останется всего лишь навсего теорией, оно никогда не оживёт. Чтобы знание ожило, нужно получать его от человека, с которым у нас есть отношения. Это самый лучший способ. В процессе такого общения, или изучения шастр, прохождения какого-то курса, будут всплывать вопросы, актуальные для этого человека, и мы будем отчётливо ощущать, как мы помогаем ему решать его проблемы.

ВОПРОС: Какие критерии правильности наставлений?

БВГМ: Мы знаем, что есть три критерия правильности наставлений: гуру, садху и шастры. Мы сами должны хорошо изучать шастры, мы сами должны хорошо слушать гуру и оставаться учеником своего духовного учителя, то есть получать наставления. В случае чего, если мы сомневаемся, мы должны спрашивать совета у старших преданных, у каких-то вайшнавов. Это одно очень важное качество наставника и духовного учителя, если он что-то не знает, он должен прямо сказать: «Я не знаю». И, прямо признавшись в этом, получить ответ на вопрос от того, кому он, в свою очередь, доверяет. Ничего зазорного в этом нет, наоборот это замечательное качество, когда он говорит: «Я не знаю, я должен либо подумать, либо узнать у того, кто знает больше, и потом я тебе скажу». Таким образом система парампары будет проявляться в действии.

ВОПРОС: Кто и как осуществляет контроль? Кому и как отчитываться за это?

БВГМ: Так как сама по себе система ещё не сформирована, то ответа на этот вопрос нет. Но ответ на этот вопрос должен быть, и, скорее всего, самый лучший контроль – это санга наставников в данной конкретной ятре. Когда мы делимся друг с другом тем, что мы делаем, пытаемся решить проблемы. Или человек лидер ятры, который должен присматривать за всей этой системой. Потому что, в сущности, именно лидер ятры должен всю эту систему запускать. Что касается нашей внутренней системы: пока общей внутренней системы нет. Сейчас за развитие системы наставничества отвечает Варшана прабху и небольшая группа учеников, которые собрались вокруг него.

ВОПРОС: Какие ошибки ожидают, и как их избежать?

БВГМ: Это последний вопрос из этой серии вопросов. Самая главная ошибка, которую может допустить наставник, это возомнить себя духовным учителем и попытаться заслонить от ученика духовного учителя и его наставления. Задача наставника – давать те же самые наставления в том же самом настроении, помогать человеку лучше понять наставления духовного учителя. Сверяться с духовным учителем и не заслонять, а делать ученика ближе к своему духовному учителю. Этот дух соперничества, который, к сожалению, живёт в нашем сердце, может сыграть с нами дурную шутку. Поэтому нужно всегда быть настороже. Мы просто помогаем, мы просто слуга, мы просто помогаем духовному учителю наставлять этого ученика. Кришна позаботится обо всём остальном, всё, что нужно, придёт. Я бы сказал, что основная ошибка – это попытка замкнуть ученика на себе.

Другая распространённая ошибка, когда мы ставим свои отношения в зависимость от неукоснительности исполнения наших советов. «Если ты будешь делать так, как я тебе говорю, тогда я остаюсь твоим наставником. Если нет, то у меня мало времени, я пошёл. Буду наставлять другого, кто будет принимать.» Это очень большая ошибка. Наставник должен понимать: я советую, но, в конечном счёте, человек свободен, и я всё равно буду заботиться о нём. Не так, что если он один раз ослушался, я должен оставить свои отношения с ним. К сожалению, очень часто так бывает. Если бы отец поступал так по отношению к своему сыну: ослушаешься меня один раз, и больше ты мне не сын, то где бы мы с вами были. Природа духовных наставлений, или духовной заботы, в том, что мы даём что-то, но при этом мы, естественным образом, не ожидаем чего-то. Сама эта позиция не ожидания очень сильно воодушевляет другого человека. Позиция бескорыстия, когда мы просто радуемся их успехам. Самое важное, чтобы избежать этих ошибок, – это общение. Общение с другими наставниками, общение на равных. Потому что, когда мы просто играем эту роль наставника, ошибки, совершаемые нашим эго, практически неизбежны.

ВОПРОС: Наставник прабху работает, но ее женат, в разводе, детей нет. Может ли он показывать дурной пример для подопечных, так как не вступает ни в один ашрам. Он курирует много бхакти-врикш. Соответственно, там есть много прабху и матаджи, которые задают ему вопросы.

БВГМ: Это не желательная ситуация. Дальше будет вопрос: «Насколько важно, чтобы наставник был того же ашрама? В общине Ниранджаны Махараджа это важно, так как специфика рекомендаций правильного поведения может зависеть от ашрама.» Это важно. В идеале, если человек принадлежит к тому же ашраму, то у него больше возможностей, ему легче исполнять обязанности наставника. Потому что, ещё раз, обязанности наставника – помогать в практической сфере применять наставления духовного учителя. Это значит – опыт, причём позитивный опыт. Я бы сказал так, что истина находиться где-то посередине. В идеале, человек должен принадлежать к конкретному ашраму и давать наставления людям, которые принадлежат к тому же самому ашраму. В каких-то исключительных случаях человек может давать наставления, даже если он не принадлежит к этому же ашраму, но это именно исключение, а не правило. Совсем не обращать на это внимание не хорошо. Это, безусловно, приведёт к каким-то негативным последствиям. Нельзя слишком рано воображать себя полностью трансцендентными к ограничениям, которые накладывает на нас материальный ум.

ВОПРОС: Кого можно считать своим наставником? Например, мой официальный куратор живёт в другом городе, у меня нет возможности с ним регулярно видеться и общаться.

БВГМ: Во-первых, это не самая лучшая ситуация. Всё-таки наставник, или куратор, должен быть рядом, иначе это будет формально.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ВОПРОСА: Кроме того, я понимаю, что у него много подопечных. Нет возможности близко участвовать в жизни каждого, в том числе, в моей жизни.

БВГМ: А зачем тогда такой наставник?

ПРОДОЛЖЕНИЕ ВОПРОСА: Кроме официального наставника, у меня есть близкие друзья, более зрелые преданные, чем я. Они мне часто помогают в сознании Кришны, подсказывают, видя и чувствуя, чем я живу. Могу ли я таких преданных считать своими наставниками?

БВГМ: Разумеется.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ВОПРОСА: Ведь вы часто говорите, что наставник должен быть, прежде всего, другом и старшим братом. Другими словами, обозначьте, пожалуйста, критерий того, что я могу данного преданного принимать как своего наставника.

БВГМ: Ещё раз, я уже сказал четыре вещи. Первое – желание человека играть эту роль в нашей жизни и наше желание принять его. Второе – достаточное время, которое он мог бы уделять нам. Третье – духовный опыт, превосходящий наш, который у него есть. Четвёртое – знание шастр. Пятое условие, которое нужно иметь в виду, что он, в сущности, действует не от себя, а от имени духовного учителя и помогает нам понять наставления духовного учителя. Обязанность наставника – вступить в отношения с духовным учителем и сверяться с ним, и тоже слушать лекции, даже если это не его духовный учитель, чтобы правильно передавать наставления.

ВОПРОС: Предполагается, что сначала преданный развивает отношения с наставником, а потом формально принимает его руководство. Приемлема ли обратная ситуация, когда вначале имеет место формальное принятие? В каких случаях? Не скажется ли это на развитии отношений?

БВГМ: Можно поставить телегу впереди лошади. Можно формально принять руководство и надеяться на то, что отношения вырастут. Если наставник человек мудрый, то он сможет сделать так, что даже если подопечный принял его формально, то отношения разовьются. Конечно, в идеале, если отношения есть, то они будут естественным образом развиваться. Это идеальная ситуация, но, в принципе, обратная ситуация тоже приемлема. Мы идём к наставнику и стараемся развить отношения с ним.

ВОПРОС: Можно ли ожидать от наставника эмоциональной поддержки? Чем это грозит?

БВГМ: Конечно же. Мы должны ожидать. На самом деле, эмоциональная поддержка – это самое важное, что нам нужно. Эмоциональную поддержку мы можем получать только от самых близких людей, которым мы больше всего доверяем. Можно получать другую поддержку от людей, находящихся рядом с нами, но самое важное – это эмоциональная поддержка. Обычно в жизни человека бывает не больше двух-трёх людей, которым он может раскрыться в момент слабости, когда ему некуда деваться, когда он полностью загнан в угол, и ему нужно выплакаться, рассказать всё. В идеале, если у нас есть такой наставник, которому мы настолько доверяем, что готовы получить от него эмоциональную поддержку в самых сложных жизненных ситуациях, то это самое лучшее.

Чем это грозит? Это грозит привязанностью. Когда происходит такой эмоциональный обмен, люди привязываются друг к другу. Это известное явление. Очень часто пациент привязывается к психологу или психолог привязывается к своему пациенту. Потому что слишком близкий эмоциональный обмен порождает в сердце очень глубокую привязанность. Поэтому нужно быть осторожнее, особенно, когда речь идёт о существах противоположного пола. Ни в коем случае нельзя давать наставления человеку противоположного пола наедине, или считать себя его наставником. Если по той или иной причине мужчина стал наставником женщины, то тут не нужно допускать эмоционального обмена. Нужно выстраивать дистанцию, в данном случае, это можно, это хорошо, это нужно.

Возвращаясь к первому вопросу, в сущности, это очень высокий уровень наставничества, когда подопечный полностью доверяет, и возникают глубокие эмоциональные отношения между наставником и подопечным. Если этого нет, то тоже ничего страшного нет. Всё равно человек может быть наставником, просто в каких-то ситуациях он не сможет помочь своему подопечному, к сожалению.

ВОПРОС: Должен ли наставник слушать лекции дикша-гуру? Что делать, если этого не происходит?

БВГМ: Я уже сказал, да. Потому что он должен стараться синхронизировать свои наставления с наставлениями дикша-гуру подопечного. Если этого не происходит, то можно попытаться поискать другого наставника или попросить старшего преданного, который бы указал ему на важность этого.

ВОПРОС: Что делать, если при изучении требований к наставнику, в своём наставнике нашёл явные несоответствия? Отношения развиты и других наставников нет. Возможно есть главные качества, и в остальном можно ли принимать человека таким, как он есть, и просто помогать ему в слабых местах?

БВГМ: Спасибо большое, очень хороший и очень важный вопрос. Потому что часто мы относимся к людям по принципу чёрное-белое. Либо мы целиком принимаем его и начинаем идеализировать, закрываем глаза на какие-то недостатки, которые у него есть, а потом наоборот слишком широко открываем глаза и видим одни недостатки, и полностью отвергаем человека из-за того, что у него есть какие-то слабости. Наставник на то и наставник, чтобы мы не предъявляли к нему абсолютно нереальных требований: быть идеальным во всём. Мы должны прекрасно понимать, что у него будут свои слабости. Может быть, в каких-то слабостях мы можем помочь ему, но при этом у него есть духовный опыт больше, чем у нас. Он лучше, чем мы знает шастры, он готов нам помогать и жертвовать своим собственным временем, и это делает его наставником. Если, в принципе, мы видим это, то нужно абстрагироваться от тех негативных сторон личности, которые могут быть. Шрила Прабхупада часто говорил: «Золото нужно поднять даже из грязи». Надо так построить отношения, что вот та сфера, в которой мы принимаем человека, он поворачивается к нам лучшей стороной. Какие-то другие вещи находятся за пределами наших отношений. Я знаю это, я вижу это, я не закрываю глаза на это, но при этом я не позволяю всему этому омрачить мои отношения с ним и сам процесс принятия наставлений от него.

ВОПРОС: Существуют ли строгие правила взаимоотношения между наставником и подопечным или же дистанция доверительности устанавливается ими самими в каждом отдельном случае? Как правильно её установить?

БВГМ: Это искусство отношений. Оно ни коим образом не формализовано. Разумеется, правила есть. Человек не должен оставаться наедине с существом противоположного пола и так далее. Все эти правила этикета у нас есть. Что касается дистанции, то это очень чувствительная вещь. Она зависит не от одного человека, а от обоих, от того, насколько они доверяют друг другу. Как я уже сказал, в идеале, эта дистанция должна быть очень близкой и доверительной, но нельзя требовать близкой доверительной дистанции с самого начала. Доверие либо есть, либо нет. Оно не спускается сверху. Человек должен заработать это доверие. Иначе говоря, вступая в отношения со своим подопечным, он должен стремиться отдать всего себя ему, жертвовать собой, быть максимально бескорыстным. Это неминуемо приведёт к тому, что отношения будут становиться близкими. Хотя есть, разумеется, и другие факторы.

Как правильно установить её? Старайтесь действовать естественно, в том ключе, в котором вы действуете и понимаете это. Просто постепенно сближайтесь, постоянно делая вклады на счёт доверия, делая какие-то вещи, которые будут увеличивать доверие, и таким образом сокращать дистанцию.

ВОПРОС: Гуру Махарадж я слышала от вас, что в начале человек должен развить доверительные отношения хот бы с одним человеком, с духовным учителем, что поможет ему дальше распространять их на остальных преданных и людей в целом. В своём отчёте вы также упоминаете, что этап садху-санги – это развитие непоколебимой веры в духовного учителя. От Шри Гаура Хари прабху из Юрлово и некоторых других преданных я слышала, что человек должен сначала правильно установиться в санге преданных и только потом пытаться правильно выстраивать отношения с гуру. Вопрос: какова очерёдность? Может ли человек формировать правильные отношения с гуру, если он не имеет правильных отношений с окружающими преданными? Поощрять ли такого человека в его попытках установить связь с гуру до того, как он правильно установился в санге?

БВГМ: Конечно же, гуру – это та дверь, через которую мы входим в сангу. Надо именно таким образом понимать роль гуру. Гуру вводит человека в сангу преданных, входим мы в эту сангу всё-таки через эту дверь. Почему, на мой взгляд, вначале гораздо важнее иметь отношения с гуру? По очень простой причине, потому что это проще. Нам проще увидеть в человеке некий идеал вайшнавизма, который он проповедует, и принять этот идеал в себе, и начать следовать этому идеалу через уважение к духовному учителю, который внушает уважение, и потом перенести это на других вайшнавов. Если я попытаюсь утвердиться в санге, и при этом у меня не будет отношений с духовным учителем и непоколебимой веры в путь вайшнавизма, которая возникает только когда я вижу перед глазами некий достаточно яркий пример человека, следующего этим путём, то тогда я буду неминуемо смотреть на других вайшнавов материальными глазами, буду искать в них недостатки. Мне очень сложно будет по-настоящему утвердиться в их санге. И сложно будет потом принять гуру, потому что я буду на него распространять свою привычку находить недостатки в других. Поэтому всё-таки правильный путь именно такой – я устанавливаю отношения с гуру. Причём в самом начале эти отношения очень простые: я просто уважаю его, я просто доверяю ему, он внушает мне доверие, мне хочется слушать его и следовать его примеру. Через эти отношения я постепенно вхожу в сангу вайшнавов.

ВОПРОС: Вы всегда говорили о том, что можно и нужно учиться у разных учителей и преданных. С этим у меня проблем нет, но с появлением официального наставника появилось некое подспудное чувство нецеломудренности по отношению к вам. Чем вызвано такое чувство? Правильное оно или нет, и что с ним делать?

БВГМ: Такое чувство может быть вызвано именно неправильной ролью, которую либо принимает на себя наставник, либо мы ему отводим в своей жизни. Это наш друг, который помогает нам стать ближе к духовному учителю. Это очень важно сделать. В «Манах-шикше» Рагхунатх дас Госвами объясняет это. Он пытается связать все те фигуры, которые есть на нашем пути, воедино, чётко определив их связь с Кришной. Когда мы понимаем связь всего и конечную цель. Кто такой гуру? Он ближайший слуга Кришны, он делает нас ближе к Кришне. Кто такой наставник? Наставник, на самом деле, – это помощник, или представитель, моего гуру, который должен сделать меня ближе к моему гуру. Если мы правильно выстроили в своём сознании эту цепочку, то тогда ощущения нецеломудрия не будет. Если же для нас гуру – это соперник Кришны, и мы думаем, ему поклоняться или Кришне поклоняться. Если мы думаем, что мой наставник – это соперник моего духовного учителя, и толи тому поклоняться, толи другому, толи того слушать, толи другого, то, конечно же, будет только раздрай. От этих отношений ничего хорошего не будет. Они помешают нам, а не помогут. Вот, собственно, и всё. Надо очень чётко выстроить эту систему в своём собственном сознании, и, естественно, она должна быть очень чётко выстроена в сознании нашего наставника: какова моя роль.

ВОПРОС: Имеет ли смысл принимать наставника, который не живёт с нами в одном городе? Какова специфика таких отношений?

БВГМ: Только если у вас нет никого рядом, а в тоже самое время этот человек есть, вы ему доверяете, и он готов проводить достаточно большое время в общении с вами. Хотя, в принципе, это не очень эффективно.

ВОПРОС: Насколько важно, чтобы наставник был того же ашрама?

БВГМ: Я уже отвечал на этот вопрос. Важно.

ВОПРОС: Скажите, пожалуйста, можно ли обучаться разным качествам у разных наставников? Например, один учит служить Божествам, другой проповедовать, третий семейной жизни. Или наставник должен быть один?

БВГМ: Нет, не обязательно. У нас может быть несколько наставников. Более того, это даже хорошо, если у нас будет несколько наставников. При этом, лучше, если есть один главный наставник. Потому что очень часто ребёнок манипулирует своими родителями и сталкивает их мнения. Если ему не нравится мнение одного родителя, он бежит к другому родителю и пытается получить у него другое наставление, или выпросить у него какой-то другой приказ по отношению к себе. Точно так же и тут: мы не должны манипулировать разными наставниками, один наставник что-то сказал, мне не понравилось. Если же в таком формате, как вы говорите: «один учит поклоняться Божествам, другой проповедовать, третий обучает шастрам, четвёртый семейной жизни», то почему нет. Главный наставник – это тот наставник, который учит нас применять наставления шастр в своей жизни.

ВОПРОС: Как быть, если ученик не хочет иметь наставника, так как считает, что находится на достаточно высоком духовном уровне. Према давно прошедший этап.

БВГМ: Таким людям надо просто поклониться и отойти в сторону, чтобы не заразиться этими странными идеями. Это духовная проблема.

ВОПРОС: Как нужно действовать и надо ли помогать, если ученик не хочет идти на открытый диалог с другими учениками и представляет себе заботу духовного учителя как-то по-своему надуманно?

БВГМ: Такое может быть. Надо понимать, что мы никогда не сможем помочь всем. Нужно пытаться помогать другим людям, но если другие люди не принимают нашей помощи, что мы можем сделать. Надо просто информировать его, молиться, всё время оставлять дверь открытой. Но всем мы никогда не поможем.

ВОПРОС: Что значит на практике принять наставника? Отсюда вопрос об ответственности: какая ответственность закрепляется между наставником и подопечным? Как и когда они принимают друг друга?

БВГМ: Если ответственность гуру – это привести ученика к Кришне, то ответственность наставника – привести ученика к духовному учителю, или помочь ученику лучше понять наставления духовного учителя. Ответственность наставника также не совершать ошибок. Как первая строчка в клятве Гиппократа звучит «не навреди». Мы должны, прежде всего, отдавать себе отчёт в том, что какой-то человек доверил нам свою веру. Может быть, самое ценное, что у него есть. От нас очень сильно зависит, возрастёт эта вера или уменьшиться. Уменьшиться в результате каких-то наших неправильных наставлений, в результате того, что мы очень жёстко будем вести себя, очень жёстко требовать безоговорочно следовать всем нашим наставлениям, или предъявлять какие-то нереальные требования. У меня, например, есть перед глазами пример человека, который практически почти что ушёл из сознания Кришны именно потому, что наставники предъявляли к нему слишком высокие требования. Он искренне пытался соответствовать им, но всё время находился в состоянии внутреннего конфликта. Наставник не понимал реального уровня, не мог оценить и давал слишком высокие наставления. Поэтому главная ответственность наставника – это помочь человеку приблизиться к Кришне и не навредить, не уменьшить его веру, не разрушить его веру. Поэтому нужно быть в высшей степени осторожным. Это великая ответственность. Она может сделать нас очень дорогим для Кришны. Кришна говорит, что для Меня нет слуги, чем тот, кто открывает эту истину моим преданным. В тоже самое время, она может очень сильно осложнить наше положение, если мы злоупотребляем этим, или даём неправильные советы.

Что касается ответственности подопечного, то подопечный должен стараться искренне понять своего наставника. Должен пытаться как-то искренне следовать его наставлениям, выстраивать отношения, не закрываться, стараться быть доверительным, и главное задавать вопросы, хорошие вопросы. Я знаю эту могущественную силу хороших вопросов. Хорошие вопросы очень сильно включают разум и делают определённую связь с Кришной крепче. Если мы задаём хорошие вопросы, это самое большое, что мы можем сделать. Если эти вопросы искренние, выстраданные, идут из сердца, и наставник понимает, что он может ответить на эти вопросы, то это очень сильно обогатит наши отношения.

ВОПРОС: Чего надо в первую очередь опасаться ученику, который становится наставником?

БВГМ: В христианстве есть такое понятие «соблазн учительства». Когда мы начинаем мнить, что теперь я знаю всё, все должны меня слушать. Опасаться нужно, прежде всего, этого, этой позиции того, что теперь я учитель, все должны меня безоговорочно принимать, все должны меня слушаться, все должны мне кланяться и так далее. В результате этого, ученику нужно также очень сильно опасаться тонкой или грубой эксплуатации своего подопечного. Мы все знаем, что такое грубая эксплуатация, – это требовать от него деньги. Тонкая эксплуатация – это требовать почёта, прославлений и так далее. Это очень, очень опасно. Мы слуги, мы ученики и мы пытаемся помочь другому, и при этом всё время молимся Кришне, чтобы Он нас защитил от всех этих соблазнов.

ВОПРОС: Как наставник может выверять свой курс, ведь есть вероятность отклониться от пути?

БВГМ: Санга других наставников. Это очень важно. Обязанность наставника – общаться с другими и постоянно делиться своим опытом, задавать другим вопросы, приглашать к своим подопечным других наставников и так далее.

ВОПРОС: Мне кажется, жизненно необходима хорошая санга, по крайней мере, для новых наставников. Каким образом можно такие санги создавать и развивать?

БВГМ: Вот будем создавать и развивать. На каких принципах они должны быть основаны? На принципе обсуждения этой темы и совместного повышения квалификации. Когда мы вместе обучаемся, разбираем какие-то конкретные случаи, слушаем друг друга, проводим какие-то мастер-классы, или уроки, с другими наставниками, они потом дают нам обратную связь, показывают, что было хорошо, что было не очень хорошо в нашем занятии.

Ещё довольно много вопросов. Время кончается. Я, пожалуй, задержусь немного, потому что очень хорошие вопросы.

ВОПРОС: В курсе «Ученик в ИСККОН» я узнал, что наставник может довести подопечного до того уровня, на котором он сам находится. Я правильно понял, что в какой-то момент ученик может почувствовать желание выбрать наставником другого преданного?

БВГМ: Да, это вполне нормально. Хотя, с другой стороны, нужно понимать, что наставник тоже развивается в процессе того, что он даёт наставления. Не исключено, что он может остаться вашим наставником.

ВОПРОС: Является ли наставник шикша-гуру?

БВГМ: И да и нет. Мы не называем его шикша-гуру, потому что, строго говоря, шикша-гуру нужно принимать на том же уровне, что и дикша-гуру. То есть безоговорочно следовать всем его наставлениям. Наставник на то и наставник, что мы не требуем безоговорочного следования. Мы оставляем свободу за самим учеником. В этом смысле, наставник всё-таки старший друг, и это защищает его, в том числе, от некоего соблазна учительства. В тоже время, конечно же, он шикша-гуру, он даёт наставления. Просто, может быть, эти наставления в какой-то ограниченной сфере.

ВОПРОС: Что делать, если среди одобренных вами людей для наставничества в силу обусловленности преданный не может найти наставника и обратиться за помощью?

БВГМ: Речь идёт не об одобренных мной. Если система наставничества уже действует, то, пожалуйста, находите наставников среди учеников других духовных учителей, принимайте их, учитесь у них. Просто очень важно, чтобы эти наставники давали наставления, которые синхронизированы с наставлениями духовного учителя, вот и всё. Очень многие ученики получают наставления от учеников других учителей. Мы приглашаем их на наши ретриты по наставничеству. Как в этом году была матаджи Кришна канта жена Ачьютатмы. Была матаджи Эканга из Москвы, Ядурадж прабху ученик Ниранджаны Махараджа и так далее.

ВОПРОС: Я слышала, что наставник – это старший друг и брат, а также, что наставник – это не психолог, нужно давать советы по шастрам. Скажите, как вы понимаете, кто такой наставник? Должен ли наставник проживать вместе с подопечным его жизнь?

БВГМ: Я уже сказал, что наставник именно помогает человеку в конкретных ситуациях применять наставления шастр. Относительно психологии. Конечно, он не психолог, но он должен понимать психологию другого человека. Что касается вопроса «Как вы понимаете, кто такой наставник?», то я целый час об этом говорю.

НАЧАЛО ВОПРОСА: Несёт ли наставник ответственность за те советы, которые он даёт подопечному? Как она проявляется?

БВГМ: Конечно же, несёт.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ВОПРОСА: Можно ли уменьшить или исключить её?

БВГМ: Нет, не возможно. Мы несём ответственность и последствия будут серьёзные, если наши наставления не правильные, и человек теряет веру в результате наших наставлений. Безусловно, к нам придут эти последствия. Поэтому, исполняя эту деятельность, которая может нам очень много дать и даёт с самого начала, быть, в тоже самое время, осторожным и всё время искать защиту и прибежище в санге других наставников.

ВОПРОС: Для наставника важнее опыт жизни в храме или профессиональная компетенция? Потеряет ли что-то как наставник тот, кто ставит приоритет на развитии профессионализма, даже связанного со служением, в ущерб проживания в храме, постоянного общения с гуру и с другими преданными. Думаю, многим приходится выбирать.

БВГМ: Опыт жизни в храме не является обязательным для наставника. В наше время далеко не все имеют этот опыт. В общем-то, это не есть обязательное условие, хотя всегда хорошо иметь какой-то опыт в жизни. Конечно же, опыт общения с гуру делает очень многое. Я думаю, что тут речь не о профессионализме, а о том, чем мы делимся с подопечным. Нам нужен духовный опыт. Профессиональные навыки абсолютно не важны в данном случае. Этот духовный опыт, в соответствии с нашей философией, можно обрести дома, можно обрести в храме. Для кого-то легче его обрести дома. Для кого-то легче его обрести в храме. Поэтому вопрос не совсем корректный. Не важно, жил человек в храме или нет, если у него есть духовный опыт, он может быть наставником. Более того, если он получил свой духовный опыт, практикуя у себя дома, то это огромное преимущество.

ВОПРОС: Может ли быть наставником человек, который не имеет официального статуса наставника, а просто является лидером нама-хатты?

БВГМ: Сейчас у нас нет единой, общепринятой системы наставничества. Если человек ведёт нама-хатту, то он уже играет роль наставника – это здравый смысл.

НАЧАЛО ВОПРОСА: Что делать, если в регионе вообще не существует системы наставничества?

БВГМ: Не только у вас в регионе. Она мало где по-настоящему развита.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ВОПРОСА: По сути дела, наставников нет ни у кого. Правильно ли я понимаю, что это следствие поверхностных, формальных отношений среди преданных?

БВГМ: Да. Надо менять эту культуру, надо углублять отношения. Отношения становятся более глубокими в результате обмена духовными наставлениями. Наставничество – это самый лучший способ углубить отношения и вообще в целом поменять культуру и отношения в ятре.

У нас осталось ещё пять вопросов. Я постараюсь очень быстро отвечать на них.

ВОПРОС: Иногда, когда старшему преданному требуется прояснить вопрос, касающийся младшего преданного, он говорит ему: «Я буду разговаривать с тобой только с твоим наставником, или в его присутствии». В результате младший преданный обижается, у него возникает ощущение, что его мнение не важно, старшие за него всё решают, он не интересен как личность. В итоге, отношения с наставником разрываются. В каких случаях действительно необходимо действовать через наставника, а когда можно прояснить вопрос лично?

БВГМ: Если речь идёт о наших отношениях, то нужно пояснять его лично. Наставник не обязательно должен быть затычкой ко всем бочкам. Я не очень понимаю сам вопрос или эту ситуацию, не очень чувствую. Не обязательно всё нужно решать через наставника. Наставнику можно сказать, что у нас возникли такие проблемы, обрати внимание и подумай, как помочь человеку. Но не так, что нужно в каждой ситуации звать человека.

НАЧАЛО ВОПРОСА: Бывает так, что человек хочет принять наставника только потому, что так положено, не понимая, что предполагают эти отношения, и для чего они нужны. Может ли в этом случае наставник не принимать на себя такую роль, но продолжать общаться с человеком?

БВГМ: Да. Именно так.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ВОПРОСА: Нужно пытаться вывести человека на осознанный уровень, а не идти на поводу у человека, который хочет просто формальных отношений с наставником?

БВГМ: Именно так.

ВОПРОС: Родители для детей являются наставником, или дети сами выбирают наставников? Дети 11, 15 и 18 лет.

БВГМ: Я думаю, что восемнадцатилетний точно выберет сам. Конечно же, родители являются наставниками. Это не исключает возможности того, что кто-то другой станет их наставником тоже. Я бы сказал так, что 15, 18 лет точно. В 11 лет человек должен принимать только своих родителей.

ВОПРОС: Гуру Махарадж, расскажите, пожалуйста, в чём заключается духовная забота о преданных, если выполняешь по отношению к ним служение менеджера?

БВГМ: Менеджер, прежде всего, должен понимать, что он духовный менеджер. Это не какая-то отдельная связь. Его менеджмент – это всего лишь навсего его попытка занять человека в служении Кришне и помочь ему использовать свою энергию в служении Кришне. Духовная забота менеджера заключается в том, что он видит в своём, скажем так, подчинённом душу и пытается помочь ей служить, а не просто руководит, или занимает человека так, как ему нужно. Не просто эксплуатирует его, как какой-то винтик в системе.

Остался последний вопрос, и на этом мы закончим своё общение.

ВОПРОС: Пожалуйста, помогите разобраться. Я обратилась за помощью к психологу из П3000, который меня хорошо знает. Когда дошло до работы с сознанием, я поняла, что не могу следовать его советам, так как расцениваю его как наставника, но при этом не вижу соответствующих духовных качеств. Поэтому не получается доверять. Мне объяснили, что психолог подобен хирургу, и важны не его личные качества, а его знание методики. Я не могу разобраться, ведь психолог говорит мне, как нужно строить свою жизнь, – это значит, что он уже наставник или нет? Из-за сомнений мне пришлось отказаться от его помощи, но внутри по этому поводу осталось сильное беспокойство.

БАГМ: В этом то и беда психологии. Психология замечательная наука, возникшая относительно недавно. Она возникла как некий заменитель, или некий костыль, в силу того, что у людей исчезли естественные отношения наставничества. В ведической системе, или в системе, где действовали духовные наставления, никогда речи об отдельных психологах не шло. Даже в Европе вплоть до XVII-XVIII века всегда роль, которую в современном обществе выполняют психологи, выполняли менторы, наставники из христианской деноминации, которая была в этой стране. Всегда священнослужители выполняли эту роль, помогая человеку найти себя, помогая человеку в сложные моменты. В какой-то момент возникли психологи и материалистическая психология именно такая: мы учим методикам, а как ты живёшь не важно. Это очень большая ошибка материалистической психологии и всех этих моментов психологической помощи, потому что, в действительности, психолог вступает в очень близкие отношения, именно в духовные отношения с человеком, при этом он может очень сильно человеку навредить, если он сам не духовный человек по высшему стандарту. Поэтому я не согласен с этими представлениями о том, что самое главное для психолога – это знание методики. Психолог и, прежде всего, психолог из П3000, в нашей с вами ситуации должен быть духовным человеком, и он должен видеть духовное измерение проблемы, и он должен, соответственно, следить за своей духовной квалификацией – это минимум. Если у него есть духовная квалификация, он сможет помочь другому человеку, даже если у него нет хорошей профессиональной квалификации, потому что он почувствует другого человека. Он почувствует, что нужно другому человеку. Он сможет ему реально помочь. Тогда как просто хороший психолог может помочь, а может не помочь, может повредить. Так что я думаю, что ваши опасения оправданы. Нельзя полагаться только на методику, когда речь идёт о таких тонких вещах, как наши принципы, или наша жизнь.

Последнее, что я скажу. Когда мы вступаем в отношения со своим подопечным, всегда нужно приглашать третьего в эти отношения, Кришну. Всегда нужно молиться Кришне, чтобы Он дал нам разум, чтобы Он подсказал нам нужный совет, чтобы Он из сердца подсказал, что нужно делать, и как мне действовать. Пожалуй, это самый главный секрет наставничества. Не методики, не какие-то теоретические знания, а искренне желание помочь и моя собственная связь с Кришной, который будет действовать через меня, и использовать меня как инструмент в Своих руках.

Ещё раз большое спасибо. Я очень рад, что мы подняли эту важную тему. Я думаю, что мы ещё не раз вернёмся к ней в этом году. Харе Кришна.

Похожие записи