Духовная авантюра или ретрит в Днепропетровске


Ашрайа вишва-бхаванам
Ахам абхибхавет хана
Садху-випра-кришнананда
Йатха-пресс-центр-арти-ха

 

Дорогой Господь Кришна, Ты — прибежище всех живых существ, поэтому я прибегаю к твоему покровительству в том случае, если преданные Сухарево захотят поколотить меня, прочитав мои записки. Я совершенно не разбираюсь в сиддханте. Я до сих пор до конца не понимаю, как я смог вообще оказаться в ИСККОН и подключиться к парампаре. Я знаю лишь одно: я написал эти заметки «не корысти ради, а токмо для служения», только потому, что Кришнананда прабху попросил меня это сделать. А попробуйте ему отказать…

(ШБ. 13.24.108)

 

Старт

Вообще-то, я с незнакомыми матаджами не общаюсь. Однако с ней я заговорил по двум причинам. Во-первых, это была знакомая матаджи. Во-вторых, это была Лаванга Намни. Она остановила меня, когда я без дела прогуливался по Сухарево и спросила:

-Как?! Ты до сих пор не на ретрите?

-Где-где? – не понял я.

-Ты не знаешь про ретрит? –воскликнула она. -Когда все прогрессивное человечество берет штурмом железнодорожные кассы! Когда твои духовные братья, не шадя себя и свои жизни, в калиюжных поездах  едут со всей страны в Днепропетровск! Когда центр духовной жизни перемещается на Украину! Ты все еще топчешь мшаники в сухаревском лесу?! Да есть ли у тебя после всего этого хоть капля преданности, если ты не рвешься на встречу со своим гуру! А ну-ка, быстро в Днепропетровск!

В этих словах было столько трансцендентной силы сухаревского пуджари, что я, не успев подумать, в тот же день очутился в поезде Москва –Днепропетровск. Только там у меня была возможность спокойно сесть и все хорошо обдумать.

Это было настоящее приключение! Я ехал на Украину почти без денег, впопыхах, совершенно не представляя, как я буду выкручиваться, случись что, но цель оправдывала все средства.

 

В поезде

Что же случилось?

В конце мая группа энтузиастичных учеников Госвами махараджа при поддержке деловой, а также неделовой общественности, решила провести мероприятие, которое было названо хитрым нерусским словом «ретрит». Я стал вспоминать. На сайте «Шаранагати» ретрит  трактовался как «уединение, удаление от общества». Все ясно. Гуру махарадж хочет уединиться со своими учениками и будет несколько дней проводить семинары, петь бхаджаны и давать свое общение всем обусловленным, но невероятно везучим душам. Я оказывался одним из них.

Непонятно только, зачем все это нужно было обзывать «ретритом»? А-а, догадался я. Это как священные брахманские ритуалы, -они так сложно устроены, что посторонний человек без должной квалификации не сможет их провести. Так и здесь. Для постороннего человека слово «ретрит» -неинтересное, потому что непонятное. Таким образом в Днепропетровске соберутся только те, кому общение с махараджем действительно необходимо, как воздух. Была и другая причина для проведения ретрита. Махарадж хотел, чтобы его ученики узнали друг о друге, сплотились в одну большую семью и как нельзя лучше это можно сделать, устроив «всемирный слет учеников».

На границе рука машинально потянулась за джапой. Было похоже, что я пересекаю оболочки из земли, воды, ума, ложного эго. Раздали иммиграционные карточки. В графе “Sex  я машинально стал записывать: «Только для зачатия детей», хотя от меня лишь требовалось сообщить свой пол. Я понял, что небольшая доля преданности у меня все-таки есть. И вообще, какая дурацкая графа! Я -душа. А у души нету пола! Ага, это ты таможенникам объясни. Я подумал, что было бы здорово составлять такие анкеты в соответствии с духовными принципами. Например, чтобы въехать на территорию государства, нужно заполнить карточку, где будут вопросы: «Едите ли вы мясо?» или «Как давно вы играли в «подкидного дурака» в последний раз?». И если у человека еще пока не твердые принципы, то его на территорию страны не пускать! Да, наверное, стоит предложить правительству Индии, когда я окажусь в Дхаме. 

 

Днепропетровский храм

Ретрит проводился на базе «Нью-Майапур» километрах в ста от Днепропетровска. Вначале я решил зайти в храм в Днепропетровске. Много о нем был наслышан.

Я сверился по бумажке. Спуск Калинина, 39. Правильно. Я в самом начале дороги. Через десять метров становится понятно, что никакой это не спуск, а  очень даже подъем. Крутая, с обдолбанным асфальтом, дорога поднимается  прямо в небо. «Ну и написали бы: «Подъем Калинина», -подумал обалдевший от дальней дороги Ум. «Это смотря откуда идти, -ответил Разум.- Если оттуда, то все правильно». «Ну и вешали бы тогда два указателя. С одной стороны – спуск Калинина, а с другой –подъем». 

Внезапно из-за угла выплывает красивое здание с надписью «Говинда». Это –кафе. Все становится экономически обоснованным. Человек поднимается в гору и тут на его пути встает кафешка с аккуратной мансардой и непонятным названием. Аккурат на том самом месте, где уставший путник останавливается перевести дух, предприимчивые кришнаиты установили свои столики. Понятно, что при такой организации производства дела у днепропетровского храма идут весьма успешно. Кафе «Говинда» плавно переходит в храм Кришны, красивое капиталистическое здание, которое всем своим видом показывает, что храму Кришны не обязательно должно быть пять тысяч лет. А чтобы Божества были авторитетные, их необязательно должен устанавливать Ваджранабх, внук Кришны. В днепропетровском храме поразительный пантеон Божеств и очень удобная алтарная. Есть где разогнаться набравшему обороты киртану. Когда я приехал в будний день, то с удивлением обнаружил огромное число преданных на лекции по Шримад-Бхагаватам. Лекцию давал Уттама-шлока прабху. Это -легендарный проповедник, очень незаметный, как все возвышенные души, но делающий свое большое дело в еще большем деле своего духовного учителя. Он странствует по всему миру, так что увидеть его здесь, в Днепропетровске, означало хороший знак и великую удачу. Последний раз я виделся с ним на другом конце Земли, в Майпуре, что на Бенгальщине.

Что меня поразило в Днепропетровске? Храм находится  в центре города, в очень удобном месте, это говорит о том, что отношения между преданными и остальным кармическим электоратом складываются неплохо и даже весьма успешно. На воротах висит огромная вывеска, гласящая, что это «Храм Кришны», а не какой-нибудь ведический клуб «Самадхи» или замаскированная под спортзал алтарная комната (в одном из городов Черноземья я долго искал преданных, пока не натолкнулся на подобное заведение, которое можно было распознать только по кустику туласи в окне. На двери висела табличка не больше спичечного коробка: «Общество сознания Кришны»). Значит, преданные не стесняются того, что они «преданные» и стараются донести ведическое знание  в самые индустриальные районы Восточной Украины. И вообще, в последнее время Днепропетровск на слуху у всех преданных нашей необъятной, но уже бывшей Родины, здесь живет много известных вайшнавов, проводятся множество разных праздников и фестивалей. Незадолго  до ретрита учеников Госвами махараджа преданные провели очередную громкую Вьяса-пуджу Шрилы Индрадьюмны Свами. А сам ретрит учеников (и не только учеников) Шрилы Бхакти Вигьяны Госвами в Магдалиновке –поистине открытие и последний писк моды в ИСККОН 21 века, после которого подобные мероприятия, я уверен, будут проводиться по всему миру и стараниями учеников разных гуру.

 

 

Украинские преданные

В Днепропетровске меня ждал сюрприз. На доске объявлений в храме было написано примерно следующее. «Бхакты, не оформившие  предварительную заявку на участие в ретрите, пожалуйста, не приезжайте!». Вот это удар ниже пояса. Что же делать? Конечно, не поехав, я проявлю смиренное послушание, но, честно говоря, послушание это -дурацкое. Слепое следование. Проделав такой путь, тем более для встречи с гуру и своими духовными братьями, я развернусь и двину теперь обратно? Нетушки. Набравшись трансцендентной наглости, я решил поехать. Следующей проблемой было попасть на базу, в Магдалиновку. Дороги я не знал. Как и откуда ехать -тоже. Я подошел к матаджи, подметающей пол, и спросил, что мне делать?

-Так мы сейчас позвоним. Вас и встретят

-Встретят? Меня? –Я опешил.

Еду напропалую, с опозданием на сутки, отдельно от всех, и меня еще и встретят? Вот это да.

-Чем я могу вам быть полезен?

-Прабуджи, помолитесь, чтобы я в этой жизни вернулась к Кришне.

Молитвенник из меня, как пудинг из сосновой коры, но я пообещал ей помолиться, еще раз поблагодарил Кришну и отправился в Магдалиновку, а если точнее, в Чернетчину, деревню рядом с  базой преданных. Через пару часов я  уже был на месте.

В дороге я думал о двух вещах. Во-первых, я думал об украинских преданных. Своим стремлением служить они влюбляли в себя все больше и больше. Таковы гуны бывшей всесоюзной житницы, -под здешним солнцем хорошо растут подсолнухи, помидоры и преданные Кришны. Каждый украинский преданный -такая же яркая личность, как и украинское солнце, очень энергичное и открытое. Забегая вперед скажу, что мне не приходилось тратить никаких усилий, чтобы познакомиться и подружиться с местными вайшнавами. Они сами начинали разговор и всегда готовы были помочь. Без всякого труда я обзавелся такой семьей, что если мне когда-нибудь придется заполнять еще одну графу в анкете: «Есть ли родственники за границей?», то у меня уйдет не один лист, чтобы перечислить всех моих братьев и сестер. Помимо украинской родни у меня появились грузинские, эстонские, чешские, финские и многие другие сородичи.

Вторая вещь, о которой я размышлял –это безграничная милость Кришны. Все мое путешествие иначе как «духовной авантюрой» не назовешь. Я поехал практически без денег, но при этом по стечению обстоятельств очутился в купе и с маха-комфортом доехал  до Днепра.  В храме я не ударил палец о палец, но все мои проблемы были решены за одну минуту. И вот теперь я еду на базу без заявления на участие и меня элементарно могут развернуть, как оловянного солдатика и дать пинка. Но почему тогда не оставляет уверенность, что все будет хорошо? Может потому, что Кришна всегда рядом, и Он хочет, чтобы его беспутный сын получил еще одну соломинку спасения? Может быть. Во всяком случае, скоро будет ясно.

 

Нью-Майпур

В Чернетчине меня встретили. Я приготовился быть Штирлицем. Если будут спрашивать про меня, я скажу, что прибыл инкогнито. Если спросят, есть ли у меня разрешение на фестиваль, я скажу, что есть, но про него никто, кроме двух человек, не знает. Если спросят, кто эти люди, я скажу, что я и Гуру махарадж. И тд. и тп. Никто проверять не будет. Получалось неплохо сработанное вранье. Однако милость Кришны проявилась и на этот раз. Меня так никто и не спросил, кто я такой, так что врать мне не пришлось. У регистрационного столика у меня, видимо, было такое падшее и обусловленное лицо, что, взглянув на него, сострадательная матаджи Ямуна Кели записала меня без лишних слов. Это ему надо, думала, вероятно, она.

Я –на ретрите! Цель моего путешествия достигнута. Я еще какое-то время ходил по территории и привыкал к этой мысли. Всюду сновали занятые служением бхакты, шаркали метлы, одна матаджи говорила другой: «Мы в духовном мире». В ту же секунду я действительно почувствовал себя на Вайкунтхе, и про камни, которые заботливый бхакта сваливал в кучу, неожиданно подумал: «Ой, а ведь это же чинтамани». Хотя это и были обломки красных кирпичей, ощущение духовного мира не покидало меня до конца фестиваля.

С корабля я сразу попал на бал. Я имею ввиду прасад. Тому, как кормили нас здесь, позавидовали бы все составители, издатели и распространители «Ведического кулинарного искусства». Надо отметить труд поваров. Стояла неслабая  украинская жара, и надо было постараться, чтобы ничего не пропало. Это можно было сделать в двух случаях: либо готовить сравнительно немного, чтобы ничего не оставалось. Но в этом случае можно было нарваться на хмурые взгляды голодных преданных и, соответственно, замедлить свой энергичный бхакти-марг. Либо готовить так вкусно, чтобы не оставалось даже одноразовых тарелок. Это и получалось. Преданные готовили простые, но очень творческие блюда. Например, в экадаши я смотрел на прасад и не мог понять, а экадаши ли сегодня? Вайшнавы спокойно вкушали… хлеб, сладости, и даже торт! Но это все было –экадашное! А в один из дней, ведущий фестиваля Виджай Кришна пр., сказал со сцены: «Я много ел на своем веку, -( а это заметно по его комплекции), -но ТАКОГО я еще не видел. Я имею ввиду фруктовый салат с кедровыми орешками»

Вечером всех добивали несколько шактичных матаджей. Они развернули в беседке полевую кухню и пекли блины, которые тут же съедали делающие вид, что проходят мимо, прабуджики. «Ешьте, ешьте, -думал я. -Побольше ешьте мучного на ночь. Завтра утром я на вас посмотрю». Пока  ум так думал, туловище уже стояло в очереди за блинами, которые, как назло, поливали еще  и сгущенкой. Сгущенка так аппетитно вытекала из банки тонкой струйкой, что скоро я уже тоже ел «мучное на ночь». Но кстати, вставать на мангала-арати это почему-то не мешало.

 

Кстати, об утре

По утрам я решил вставать раньше всех. В этом был какой-то особый вкус приключений, идущий из детства, -встать, пока родители еще спят, натворить чего-нибудь захватывающего и обратно лечь спать. И никто про тебя ничего не подумает. Потому что ты мирно спишь. Только в отличие от детских проделок теперь это -чтение джапы. Утренняя мантра дает  то необходимое понимание будущего дня, при котором все твои поступки и мысли подчинены строгой схеме, это своеобразная медалька, которую Господь вручает тебе каждый день за твою джапу. У старших преданных –вся грудь в таких медальках, а ветеранам, как известно, везде почет и уважение. Льготы и специальные магазины.

Раз я проснулся очень рано, когда еще спали самые ранние птицы. Быстренько сделал омовение. Мне не терпелось побежать в пандал и начать читать джапу. В пандале у меня было особенное место, в углу между сценой и большой акустической колонкой, и здесь мне никто не мог помешать. Особенно это было важно на ретрите. Привыкший к храмовой жизни, здесь я столкнулся с нововведением, которое лишь подчеркивало серьезность мероприятия: в самый разгар джапы, когда еще только-только начинается брахма-мухурта, в пандале высаживался целый десант уборщиц из матаджей неопределенного возраста. Они начинали активно мести своими вениками и метлами, с грацией фигуристок снуя между сосредоточенными прабуджиками. Сочетание метелок и ковролина, которым был выстелен пандал, вызывало характерный звук «взхр-р, взхр-р», так что очень скоро прабуджики уже не выглядели такими сосредоточенными. Именно по этой причине хорошей джапе способствовал выбор места. Помимо уборщиц был еще один нюанс. На сцене ночевал прабуджик, рабочий сцены, который как истинный капитан не покидал своего корабля ни днем, ни ночью. Приблизительно в то же время, что и уборщицы, он  начинал ворочаться под одеялом и издавать разные звуки. Однажды он жутко напугал этим молодого бхакту, который сидел неподалеку и ни сном ни духом не мог знать, что на сцене под одеялом кто-то есть. Итак, я приходил раньше всех и занимал безопасное место.

Было непроглядно темно. Я направился к своему месту. Кажется, я даже помогал себе руками, чтобы проложить дорогу в темноте. Посмотрел на часы. Ровно три. Ум в этот момент еще кроткий, как спеленатый младенец. Однако, что же это? Из темноты тихо, но совершенно отчетливо раздавались звуки мантры. Я прислушался. Харе Кришна, Харе Кришна, -членораздельно работал голос, -Харе Рама. От такого безобразия ум мгновенно проснулся. Кто-то пришел раньше меня! Кто посмел?! Я решил подойти поближе и посмотреть на человека, который бросил мне в лицо перчатку.

Я подошел ближе. Голос приближался, вернее я приближался к источнику голоса, и звук его вдруг показался мне до боли знакомым. Удивление нарастало. В темноте четко вырисовалась раскачивающаяся фигура, за ней еще одна. Внезапно звук прекратился. Таинственный силуэт слегка склонил голову и сказал:

-Харибол, Алексей.

Я узнал голос. Чувство стыда за все то, что я тут передумал, охватили меня с ног до головы. Это были и жалость к своей безмозглой натуре и радость встречи со святой личностью. Гуру махарадж!

«Если вы меня слышите, -подумал я, -хотя я и не говорю вслух, пожалуйста, простите меня»

Я тут же сел рядом с махараджем, как замерзший цыпленок пытается залезть под крыло матери, и стал читать джапу вместе с гуру. Это -великая удача.

Так состоялся мой первый даршан с гуру махараджем. Кстати, и последний тоже. Больше к махараджу мне пробиться не удалось. Каждый раз я думаю, как этому человеку хватает времени на все.

 

Военные действия в мирное время

Все, что происходило в пандале, состояло из двух частей: «философия» и «все остальное». С философией все было более-менее понятно. Вернее, как раз непонятно. Когда речь заходит о философии, мой ум брезгливо зажимает нос, отворачивается, делает все, чтобы только не слышать о таттве бхеды и абхеды, об ангах бхакти, о практике арчаны. Ум очень сильно закалился пятнадцатью годами учебы в общеобразовательных учреждениях, поэтому любое метафизическое напряжение лишь усиливает его сопротивление. А вот,  что касается «всего остального», начиная с прасада и кончая киртаном, то это он принимает с удовольствием.

«Все остальное»  было сделано грамотно и очень профессионально. Один Адити Дукха-ха стоил целого оркестра. Когда он начинал свои знаменитые мелодии, преданные, услышав первую же ноту и угадывая мотив, взрывались единым криком «Ва-а-ау-у-у». Ему нужно было петь еще громче, чтобы перекричать этот слаженный хор. В результате со всех сторон кричали Святые Имена и все пространство, если до этого и был в нем кусочек тамагуны, наполнялось трансцендентными маха-децибелами. Еще был замечательный тандем. Адити-Дукха-ха энд Гуру махарадж. Махарадж выбирал какой-нибудь бхаджан из Шаранагати, рассказывал его философскую канву, читал перевод, и затем Адити-Дукха-ха пел этот бхаджан, одевая смысл в форму. Наблюдая за всем этим, я особенно понимал, что духовная жизнь и понятие «скучать» -это вещи несовместимые. Наконец, наступали моменты, когда знаменитый киртанист начинал свои киртаны. Тут уже не мог устоять никто. Словно под дудку Нильса, вернее, флейту Кришны, преданные собирались в толпу, которая начинала медленно раскачиваться, и затем двигаться. Это напоминало мне наступление русской армии на врага. Но ведь мы и есть армия! Армия Господа Чайтаньи. И мы воюем с иллюзией материального мира. Соответственно, все, что мы делаем, должно быть по законам военного времени. И кто сказал, что киртан должен быть мазуркой под фортепьяно? Киртан должен быть грозным маршем или гопаком, увидев приближение которого, майя пускалась бы в бегство. Потихоньку киртан нарастал, и вот уже пестрая толпа прыгает до потолка. Теперь уже нету ни матаджи, ни прабху, -только тысяча счастливых джив в мокрых от пота дхоти и сари. Толпа подхватывает на руки Махараджа и продолжает свой безумный танец. Кажется, нужно опомниться и испугаться. Но почему-то счастье становится еще больше, каждый преданный хочет пробраться сквозь толпу и прикоснуться к стопам святой личности. Полез и я. Получилось, как в электричке, на которой в час пик едут на работу. Ничего не помню, только несколько смутных образов. Толпа нажимает со всех сторон. Чья-то вцепившаяся рука. Чья-то нога, в которую вцепился я. Наконец, стопы! Но нет, кажется, не те. Те, которые нужны, еще далеко. Ползу под ногами. Стопы махараджа! Ура! И долгий, долгий путь домой…

Из толпы я выбрался другой. Я понял это по одной-единственной мысли. Вот как, оказывается, нужно устраивать свою жизнь. Вокруг одной личности. Все, как один, забыв свою обусловленную природу, забыв про себя и свои желания, живут ради счастья одной личности, которая в центре всего. Я смотрел на махараджа, который наверху, и преданных, которые под ним, и понимал, что научившись так жить, в конце концов мы будем жить ради Одной Изначальной Личности. Ради Бога. И это -духовный мир. А начинается он уже здесь.

 

Шаранагати

Теперь о философии. Махарадж выбрал тему «Шаранагати». Это -тайна преданного служения, без полного и безвозвратного предания себя Кришне, без крика о помощи, а затем плача и мольбы, невозможно по-настоящему заниматься преданным служением. Служение-то может и будет, но преданным никогда. Потому что предаться мы можем только, когда полностью отрубим все мысли о собственном счастье. Так я понял все, что происходило. Вряд ли я смогу передать сокровенный смысл Шаранагати, для этого нужно было присутствовать на ретрите, или, на худой конец, прочитать одноименную книгу.

Было несколько практических занятий. Особенно запомнилось одно. Вступление было примерно таким. Чтобы научиться служить по-настоящему, нужно получить настоящее понимание сути бхакти, для чего это делается, а главное, для кого. Понимание «кого», «кому» приходит тогда, когда на всех начинаешь смотреть, как на духовную душу. А что у нас зеркало души? Это глаза. Поэтому давайте дружно посмотрим друг другу в глаза и порадуемся, или наоборот, ужаснемся тому, что в них увидим. Несколько сотен человек разбились на пары и стали усиленно искать в глазах друг друга свою душу и душу «соглядатая». Для меня это был жесткий тренинг. Брахмачарья из Донецка смотрел на меня такими чистыми глазами, что я несколько раз отворачивался и закрывал глаза. Свойство чистого зеркала в том и состоит, что оно слишком хорошо отражает. Поэтому я увидел себя почти с рогами, несколько раз чуть не прослезился, но в итоге получил массу микрореализаций. Иногда такая шоковая терапия просто необходима.

Гуру махарадж делил свое «эфирное время» с другими преданными. Про Адити Дукха-ху я уже написал, но был еще один преданный, про которого можно было сказать, что «зажглась еще одна звезда проповеди». Это –Ананда Вардана прабху, преданный, проповедующий сознание Кришны в горячем финском городе Хельсинки. Услышав, откуда он приехал, я еще раз оценил размах миссии своего духовного учителя. Неудивительно, если на следующее собрание соберутся ученики махараджа откуда-нибудь из Гваделупы или Берега Слоновой Кости. Лекции Ананда Варданы, прочитанные мягким, почти утёсовским голосом, попадали прямо в сердце.

 

Маленькая личная заметка

Была одна история, связанная с Ананда Варданой. Едва я увидел его на сцене, то сразу подумал: «Это тот человек, которому я хотел бы служить». Я стал искать возможности сделать это, но в течение всего фестиваля у меня так и не выпало ни малейшей возможности. Слишком незаметная личность, тем более сама старающаяся служить. Я даже стал вынашивать различные планы служения, как-то, украсть его тапочки, а потом вызваться помочь, «случайно» найти их и принести. Однако служение мое провалилось. Какая досада.

На обратном пути в Москву я размышлял на сложные метафизические темы предопределения и собственной инициативы, о том, что если не стараться и не вырывать преданное служение, то киселя в сознании Кришны не сваришь. И как жаль было упустить возможность послужить такому вайшнаву, новому и интересному. С такими мыслями я зашел на посошок в храм в Днепропетровске и был сильно удивлен. О, Кришна, индийский Бог! Прямо передо мной стоял и читал джапу… неуловимый финский парень, Ананда Вардана прабху. И никого вокруг! Никого, кто бы помешал мне или опередил бы в служении. Я потер руки.

-Харе Кришна, прабху, -подошел я к нему и заговорил голосом пирата Флинта из мультфильма про сокровища. –В дырявых карманах моего старого камзола остались несколько серебряных пиастров. Могу я угостить Вас прасадом?

Ананда Вардана улыбнулся и кивнул. Джай! По всему было видно, что он принимает служение. Я подумал, все-таки какая сложная и непостижимая штука –Бог. Непостижимая и милостивая.

 

Последняя запись

Пришло время уезжать. Преданные выглядят счастливыми и вдохновленными на великие дела. Мне это напомнило засолку огурцов на зиму. Огурцы вырастают только летом, а рачительные хозяева заготавливают несколько бочек огурцов впрок и потом потягивают их из бочек в течение всего года. И едят с жареной картошкой. Преданные, побывавшие на ретрите, это те же разумные хозяева. Садху-санга дала им столько огурцов, что они теперь вдохновлены на целый год. Кому-то этих огурцов мало, и он будет ездить на разные другие фестивали. А кому-то за несколько лет не съесть.

Гуру махарадж вышел всех провожать. Чувство разлуки охватило даже джипы, которые должны были нас увозить на вокзал. У них были такие потухшие фары и вытянутые морды, что я подумал, что все в этом мире действительно есть брахман.

В поезде все отсыпались. Накануне была бессонная экадашная ночь, лебединая песня ретрита. От заката до рассвета пели киртаны и бхаджаны, поэтому выложились все, и те, кто пел, и те, кто танцевал. Бхакта Миша, отдыхавший в поезде на верхней полке, вызвал особенный интерес у таможенника. После того, как он в экстазе провел экадаши, у него было такое непохожее на себя лицо, что офицер долго сличал его паспортный фас с настоящим. Да, духовная практика меняет карму человека, и как таможенник не выправлял Мишино лицо, как не заставлял его хмурить брови и не улыбаться, тот все равно выглядел зачем-то сильно счастливым.

В Сухарево моего отсутствия никто не заметил. Кроме Лаванги Намни, конечно. Ведь это с ее легкой руки, вернее, ноги, вернее, пинка, я попал в Днепропетровск. Подошел бхакта Рома и спросил: «Ты где был целый день?» Целый день? Да ведь меня неделю не было, Рома. Наверное, так и проходит наше отсутствие дома, в духовном мире. И тот день, незаметный для обитателей Вайкунтхи, для нас превращается в неделю, в миллиарды недель прозябания в материальном мире. Конечно, это была неудачно оформленная мысль, -ведь я побывал не в материальном мире, а на другой Вайкунтхе. Но мне почему-то еще сильнее захотелось в духовный мир. И еще больше «огурцов»…

 

 

Похожие записи